Внутренний монолог

Что интересно: именно ноябрь, как никакой другой месяц, богат на книжные даты, подарившие нам авторов, чьи герои с точки зрения педагогики вызывали, мягко говоря, сомнения и вопросы. Они даже выстроились в порядке, наводящем на некие подозрения: Астрид Линдгрен с её Карлсоном, Эмилем из Лёнеберги и Пеппи Длинный Чулок, затем – Николай Носов с его Незнайкой. Ну, а венчает эту «галерею несносных» Марк Твен с его, как вы сами, надеюсь, догадались, Томом Сойером. Его (Марка Твена) день рождения приходится на самый конец месяца.
У меня даже специальный термин для таких персонажей есть – «отрицательное обаяние». Помимо вышеперечисленных в «галерею» я включаю Волка из «Ну, погоди!», Хрюшу из «Спокойной ночи, малыши!» и Джека Воробья. 
Ну, Том Сойер, конечно, переплюнет всех. Наверное, тут я даже мог бы сказать что-нибудь умное вроде: «Все они, как из гоголевской «Шинели», вышли из Тома Сойера!», если бы был уверен, что так оно и есть. Но я не уверен.
Впрочем, неважно. Главное тут – в литературном (а другого не бывает) бессмертии. Не отважусь говорить о Томе Сойере, как о рекордсмене по количеству экранизаций, в которых пальму первенства, по-моему, упорно держат мушкетёры и Шерлок Холмс, однако нечто культовое в этом персонаже точно есть. Во всяком случае, своей минуты славы он точно удостоился, как и его сосед по «галерее несносных» Карлсон. Правда, как и Карлсон – включая славу не слишком-то завидную: если персонаж Астрид Линдрен дал название «синдрому Карлсона», то у героя Марка Твена нынешние предприимчивые проныры не нашли ничего достойнее, чем умение перевалить на кого-то собственные обязанности. Я даже видел, как модные ныне коучи по личностному росту (или как там они называются) рекомендуют применять «метод Тома Сойера» для управления персоналом. Не знаю, кому как, но лично меня этот факт лишь укрепил в мысли, что корпорациями управляют бесчеловечные тираны: если кто не знает, «метод Тома Сойера» основан на приёме, который использовал сам Том Сойер, когда красил забор (кто забыл - перечитайте).
Вернёмся, однако, к литературному бессмертию. Оно, безусловно, бесспорное. И не только из-за обаяния героя или некой догмы о том, что его приключения должны быть в библиотеке любого школьника. А из-за того, что как раз после того, как школа давным-давно останется позади, «Приключения Тома Сойера» непременно нужно достать и перечитать заново. Запоминайте: именно «Приключения…», то есть первый роман о нём! Ведь, если кто не знает, он действует в четырёх романах, самым известным из которых являются «Приключения Гекльберри Финна». А ещё есть «Том Сойер – сыщик» и «Том Сойер за границей». Когда я наткнулся на два последних, не зная о них абсолютно ничего и пребывая в полной уверенности, что есть всего два первых (которые я тогда давным-давно прочёл), то долго не мог простить фортуне такой подлости.
Однако, как я уже говорил, во взрослом возрасте необходимо перечитать в основном первый. Прочие – по желанию. Почему так? Да потому, что половины школьник попросту не поймёт, как не понимал их ваш покорный слуга, когда, читая Марка Твена где-нибудь на уроке под школьной партой (в каковом виде преступлений меня не мог превзойти никто в школе) и натыкаясь на фразы, вроде «воскресная школа», «общество трезвости» или «Давид и Голиаф». Но ведь в них-то и им подобных – вся соль! Иначе останутся только приключения. И в этом и кроется величайшая ценность книги: детский персонаж, который полезен взрослому читателю. И вот тут с ним никакие мушкетёры и Шерлок Холмс не сравнятся, при всём моём к ним уважении.
Не одним Томом Сойером единым, кстати. Марк Твен оставил столько, что взрослому хватит на три жизни. Одно только «Путешествие капитана Стормфилда в рай» чего стоит!
Да, есть проблема перевода. Но она, как это часто бывает, ничему не вредит. Жаль, конечно, что не постигнем мы тонкостей южного американского диалекта, да ещё в изложении чернокожего раба! Но тут мне лично кажется, что мы их и оценить-то по достоинству (буде таковое у него отыщется) не сможем, как не сможет житель какой-нибудь Небраскщины оценить диалекты какой-нибудь перещёпновско-краишевской группы. Я всегда в таких случаях привожу в пример «Властелина колец»: кто бы его ни переводил – ни разу не помню, чтобы Фродо не донёс кольцо до Роковой горы и не выбросил его там.
Впрочем, тут мне, по моей же традиции, самое время умолкнуть, как музе, когда говорят пушки (причём я включу сюда не только цитаты из его произведений, но и его собственные высказывания): «Лучший способ подбодрить себя – попытаться подбодрить кого-то другого». «Лучше держать рот закрытым и позволить людям думать, что ты дурак, чем открыть его и рассеять все сомнения». «Два самых важных дня в вашей жизни – это день, когда вы родились, и день, когда вы узнали, зачем». «Никогда не откладывай на завтра то, что можно сделать и послезавтра». «Бог создал войну, чтобы американцы изучали географию». «Держитесь подальше от людей, которые пытаются принизить ваши амбиции. Маленькие люди всегда так делают, но по-настоящему великие заставляют вас почувствовать, что вы тоже можете стать великим». «Чем больше я узнаю о людях, тем больше мне нравится моя собака». «Давайте постараемся жить так, чтобы, когда мы умрём, даже гробовщик пожалел». «Наберите команду плыть в рай и попробуйте сделать стоянку в аду на какие-нибудь два с половиной часа, просто чтобы взять угля, и, будь я проклят, если какой-нибудь сукин сын не останется на берегу». «Но нет хуже дурака, как старый дурак». «В углу лежало что-то вроде человека». «Ибо в городишке имелся и мэр вместе с прочими ненужностями». «Он разбился в лепёшку, поэтому его сунули между двух дверей и так и похоронили».
Увы мне! Но список цитат выходит слишком длинным, а я ещё и до половины своих любимых изречений не добрался. Поэтому – удачи, если кто всё же притормозит и решит прочитать их сам!