29 ноября 1942 года советский бомбардировщик выполнял боевое задание: бомбил вражеские воинские соединения в районе Кавказских Минеральных Вод. Разгорелся неравный бой, в ходе которого нашим лётчикам удалось сбить один вражеский самолёт. Но и наш бомбардировщик был подбит и загорелся в воздухе.
Вот как описывал дальнейшее очевидец, житель с. Светловодское К. Гапич: «Бомбардировщик задымился и стал быстро терять высоту. Но чьи-то мужественные руки продолжали вести горящую машину всё дальше и дальше, хотя она неуклонно снижалась. Наконец до земли осталось не больше пяти метров. Вот уже два, один… Резко ударившись шасси о грунт, самолёт, будто плугом, прочертил две глубокие борозды метров по пятьдесят и остановился. Он лежал, объятый пламенем, на кукурузном поле. Вражеский истребитель покружился над ним и улетел. К месту падения самолёта поспешили полицаи. Туда же устремились жители близлежащих селений. Горящий самолёт был оцеплен полицаями и немцами. Стояли они на приличном расстоянии, ожидая взрыва бензобаков. Однако взрыва не последовало. Бензин вытек из пробитых баков и догорал ярким пламенем. Среди взрослых было множество мальчишек, в том числе и я. Нашему взору сквозь пламя открылось страшное зрелище. Пилот горел, сидя в кресле. Руки его лежали на штурвале. Очевидно, он был убит в воздухе, и его мотор загорелся первым. Стрелок-радист лежал в носовой части и тоже горел. Место правого пилота было пустым. Гитлеровцы и их приспешники засуетились, шаря глазами по кукурузному полю. Тут подъехал полицейский и сказал, что видел человека, уходящего от самолета. Свора полицаев по команде устремилась в сторону, куда указал предатель. Прочесали поле, но безрезультатно. На обратном пути лошади, почуяв кровь, захрапели. Полицаи окружили небольшую яму, заросшую травой, называемую в народе «липучкой». В ней-то и укрылся оставшийся в живых раненый пилот. В этот решающий момент взору вездесущих подростков представилась жалкая картина: хозяева нового порядка попрятались за лошадьми, положив оружие на их спины. Лётчик же вышел из укрытия. С высоко поднятой головой он гордо стоял перед врагами, держа в раненой правой руке пистолет. Воцарилась мёртвая тишина. Старший из полицаев громко крикнул: «Сдавайся!» Лётчик стоял в той же позе. После минутного размышления он громко спросил: «Кто вы такие?» – «Мы русские», – последовал ответ. «Врете, вы предатели! Прощай, Родина!». Тишину разорвал пистолетный выстрел. Лётчик пустил пулю в висок и упал. Пилота повернули лицом к его стихии – небу. Но он уже ничего не видел. Один из полицаев после того, как с него сняли обмундирование, выстрелил в лётчика два раза. Не понимал фашистский прихвостень, что этот молодой советский парень, умирая, утверждал свое бессмертие».
Местные жители втайне от фашистов похоронили тела трёх пилотов. После изгнания немцев их перезахоронили на сельском христианском кладбище. Личности лётчиков долгое время оставались неизвестными. В результате кропотливой работы ветеранской организации и поисковиков удалось разыскать воинскую часть, где они проходили службу. Ими оказались командир экипажа Петр Никанорович Блохин из Москвы, пилоты Ф.Я. Ткаченко из Украины и А.Н. Ожигин из Белоруссии. Ветеранская организация района выступила с инициативой об увековечении памяти погибших лётчиков. Перезахоронение состоялось в июне 1975 года рядом с образовательным учреждением. За обелиском ухаживают учащиеся сельской школы, ради мирной жизни которых сложили головы П.Н. Блохин, А.Н. Ожигин и Ф.Я. Ткаченко.
