Сегодня мы поговорим о монументальной скульптуре. В контексте столетнего юбилея Кабардино-Балкарии эта тема кажется нам особенно актуальной.
Большинство памятников в столице нашей республики появились ещё при коммунистах. Помня об этом, логично начать рассказ с главного из них – Владимира Ильича Ленина. Как бы кто к нему ни относился, но этот политик сыграл ключевую роль в истории не только нашей страны, но и нашей республики. Ведь именно при Ильиче Кабарда и Балкария объединились и получили статус автономии.
В СССР производство памятников Ленину было поставлено на широкую ногу. Большие и маленькие, из бетона, гипса, мрамора, бронзы, чугуна и гранита, его скульптуры украшали города и посёлки советской империи от Архангельска до Владивостока.
В повести «Чемодан» Сергей Довлатов пересказывает достаточно популярный в своё время анекдот. В каком-то городе открывали памятник Ленину. Под торжественный марш с монумента сдёрнули покрывало, и присутствующие замерли в изумлении. На голове вождя красовалась традиционная кепка, а другую – точно такую же – он держал в вытянутой руке…
В реальной жизни такого, конечно, быть не могло. Создание памятника было делом ответственным и серьёзным. Сначала скульптор делал эскизы, потом лепил модель. На это, как вы сами понимаете, уходит не день и не два, и нужно быть, мягко говоря, не очень умным человеком, чтобы не увидеть такой явной ошибки. Допустим, автор её всё-таки не заметил, но ведь он работал не один. Гипсовую скульптуру принимала комиссия, после чего её увеличивали и отливали в бронзе или высекали в граните. Трудно поверить, что такая куча народа не разглядела очевидного ляпа.
…В Нальчике бронзовый памятник Ленину установили в конце пятидесятых напротив Дома Советов. В то время казалось, что это на века. В СССР почитание Ильича было сродни религиозному культу. О нём слагали песни, сочиняли стихи и снимали фильмы. В мавзолей ежедневно выстраивалась огромная очередь. Гости столицы считали своим долгом повидать «самого человечного человека», пусть даже лежащего в гробу.
В закоулках памяти до сих пор остались строчки из программы начальной школы: «В воскресный день с сестрой моей мы вышли со двора. «Я поведу тебя в музей», – сказала мне сестра». В этом стихотворении речь идёт о музее Владимира Ильича Ленина, который находился не где-нибудь, а в самом сердце Москвы – рядом с Красной площадью.
В середине восьмидесятых к власти пришёл недавно почивший Горбачёв. В стране начались перемены, которые, помимо всего прочего, коснулись идеологии. «Светлый образ вождя» какое-то время оставался неприкосновенным. Во всех ошибках, просчётах и перегибах обвиняли товарища Сталина, который якобы извратил ленинский курс и завёл страну не в ту сторону.
Со временем ситуация стала меняться, и на «иконе» Ленина отросли рожки. После августовского путча КПСС обвинили в антиконституционной деятельности. Указом первого Президента России Бориса Ельцина партию упразднили, а её имущество было конфисковано. По всей стране начался снос памятников Ленину. В Нальчике скульптуру демонтировали и перевезли в школу милиции, но, как говорится, свято место пусто не бывает. На площади перед Домом Правительства появилась модель земного шара. Она плохо вписывалась в архитектурный ансамбль и на гранитном ленинском постаменте смотрелась нелепо.
Через несколько лет «по многочисленным просьбам трудящихся» памятник Ленину установили недалеко от прежнего места – спиной к строящемуся театру на проспекте Шогенцукова. Таким образом Ильич оказался на одной линии с пресловутым «глобусом». Злые языки тут же откликнулись шуткой, назвав композицию «Ленин, играющий в боулинг». Со временем шар с площади всё-таки убрали, а Ильич продолжает стоять. Он стоит в холод и в зной, несмотря на смену государственного строя и споры вокруг его имени. Стоит и будет стоять. Это как в знаменитом советском фильме: «А кто ж его посадит? Он же памятник!».
После Великой Отечественной войны в Нальчике часто гостили два столичных скульптора – Самуил Махтин и Матвей Листопад. На отдыхе, не забывая о хлебе насущном, они продолжали трудиться. Листопад стал автором пятиметровой скульптуры Сталина, которая в своё время стояла на центральной аллее городского парка. Махтин решил взять количеством. В основном он специализировался на создании типовых памятников Шоре Ногмову.
Москвичи стали авторами памятника, который в народе прозвали «Марией». По словам скульптора Михаила Тхакумашева, скульптура символизировала образ горянки и к жене Иоанна Грозного никакого отношения не имела. В общем, это логично: поставить на площади памятник царице – такое в СССР никому даже в голову прийти не могло.
О том, где находится «Фантомас», знает в Нальчике любой ребёнок. В конце 60-х известный московский скульптор обмывал крупный заказ. В связи с этим в его мастерской собрались друзья и коллеги. Как водится, разговор зашёл об искусстве. Пропустив несколько рюмок, столичный мэтр загрустил.
– Никакой свободы творчества, – вздохнул он. – Другое дело – провинция. В Осетии, например, даже памятник Фантомасу поставили.
Получилось как в игре «испорченный телефон». Памятник поставили не в Осетии, а в Нальчике, и не Фантомасу, а героям-комсомольцам. Просто незадолго до этого в прокат вышел знаменитый французский фильм. Местные острословы решили, что новый памятник похож на героя Жана Маре, который тоже был лысым и брутальным. Отсюда и прозвище – Фантомас.
Необычная по тем временам скульптура всколыхнула размеренную жизнь нашего городка. Возмущённые граждане требовали убрать с площади «голого мужчину». По заданию ЦК ВЛКСМ была создана экспертная комиссия во главе с маститым столичным скульптором. Вопреки ожиданиям он оказался человеком широких взглядов и никакой крамолы в памятнике не обнаружил. Тем не менее страсти вокруг «Фантомаса» не утихли. Его не демонтировали только благодаря личному вмешательству первого секретаря обкома КПСС республики Тимборы Мальбахова.
…Как и большинство руководителей 30-х годов, Бетал Калмыков был человеком неоднозначным и противоречивым. По свидетельству современников, он обладал яркой харизмой и железным характером. Калмыков дружил с Бабелем и Бухариным, Кировым и Орджоникидзе. Во время очередной партийной чистки его арестовали и приговорили к расстрелу. В середине 50-х секретаря обкома посмертно реабилитировали и решили установить ему памятник. Этот проект Мальбахов поручил Самуилу Махтину и молодому местному скульптору Михаилу Тхакумашеву. Вскоре тандем распался, и каждый художник продолжил работу самостоятельно. В итоге на конкурсе победил вариант, предложенный Тхакумашевым.
«Пока ещё в сёдлах мы крепко сидим, пока не исчезли мы в суетном мире, пока ещё сами себе мы визири, давай возвратимся к истокам своим» – эти строчки Гамзатова посвящены Кайсыну Кулиеву. Памятник поэту стоит на проспекте, названном в его честь. Он создан всё тем же Михаилом Тхакумашевым, который знал Кайсына Шуваевича лично.
Около здания Кабардинского театра сидит задумчивый бронзовый мужчина в накинутом на плечи плаще. Это классик кабардинской литературы Али Асхадович Шогенцуков. Театр назван в его честь, как, собственно, и проспект, на котором он находится.
В Нальчике есть памятники Бекмурзе Пачеву и Кязиму Мечиеву, Александру Пушкину и Михаилу Лермонтову, Максиму Горькому и Алиму Кешокову, Тимборе Мальбахову и Валерию Кокову. На Стрелке стоит конная скульптура в честь героев 115-й кавалерийской дивизии. Напротив танцзала установлен монумент памяти жертв Кавказской войны. В Ореховой роще возвышается скульптурная композиция, посвящённая героям-«афганцам». Все они придают нашему городу особую атмосферу. У их подножий играют дети и лежат живые цветы. Памятник – от слова «память», и с этим у наших земляков всё в порядке.