В честь Всемирного дня поэзии и просто из любви к литературе мы решили подарить вам возможность пополнить список для чтения и узнать о литературных вкусах редакции «Кабардино-Балкарской правды». О своих любимых поэтах рассказали сотрудники газеты.
Светлана Моттаева: Любимых авторов у меня много – можно долго говорить на эту тему, вспоминая новые имена. Из мировой классики я, пожалуй, особенно выделила бы Байрона как наиболее близкого. Ещё мне очень нравится Карло Каладзе – замечательный грузинский автор. Если говорить о русской поэзии, то я не могу не вспомнить о выдающемся лирике Тютчеве и моих любимых Анне Ахматовой и Марине Цветаевой, а также об Александре Блоке. Нравится мне и творчество наших местных поэтов, в частности, Али Байзуллаева, Афлика Оразаева, Инны Кашежевой и, конечно, Кайсына Кулиева.
Анна Габуева: В конце 80-х я полюбила Екатерину Горбовскую за простоту, детскую непосредственность и ненавязчивость. Мне очень близок Серебряный век, а также стихи Александра Пушкина и Сергея Есенина. Из современных авторов нравится хулиганка Сола Монова – она с юмором пишет о жизни и человеческих отношениях, позволяя читателю увидеть в её произведениях что-то знакомое и личное.
Марина Биденко: Жизнь почти не оставляет возможности остановиться, опомниться – всё меньше времени для таких прекрасных вещей, как искусство и поэзия. Однако воздействие поэтических произведений любимых авторов лечит и вытаскивает из самой тёмной ямы, поэтому стихи – это в первую очередь концентрированный эликсир жизни. В начальной школе я впервые осознанно открыла музыкальное очарование стихов Сергея Есенина «Пасхальный благовест» – неделю пела их на разные лады, музыка сочинялась сама собой, и всегда новая.
Поэтов Серебряного века прочувствовала гораздо позже, лет в 15-17, и полюбила навсегда. «Жираф» Гумилёва читала на прослушивании в СКГИИ. Знакомство с Мариной Цветаевой началось с «Поэмы горы». Здесь потрясло всё – слог, ритм, нерв. Потом пошли остальные её произведения, и все они были как будто обо мне. Несмотря на фатальную остроту Цветаевой, пронзительная красота её произведений помогала в тупиковых, на первый взгляд, жизненных ситуациях.
Учась в Санкт-Петербурге, открыла для себя Иосифа Бродского – это стало потрясением. Никто раньше так тихо, почти шёпотом не добирался до сердца. Холодный, интеллектуальный, возвышенный над контекстом реальности поэт внезапно стал родным и близким.
Ещё мне очень нравится классическая японская поэзия – Басё, Дакоцу, Хитагаро Утомаро, Исса. Впервые меня очень впечатлили строчки: «Видели всё на свете мои глаза, но вернулись к вам, белые хризантемы». Они даже вдохновили меня на живописный цикл. Кажется, на ментальном уровне это передалось детям – часто вижу их со сборником японцев, а иногда они даже практикуются на свой лад упаковывать поток сознания в сжатую поэтическую форму.
Камал Толгуров: В юности мне были очень близки стихотворения Есенина с их бушующей молодостью и задором. В студенческие годы мы часто пели песни на его стихи, когда ехали, скажем, на уборку кукурузы. Сейчас я с удовольствием читаю стихи Виктора Гюго – более серьёзные и философские. Ещё люблю Омара Хайяма – он ведь тоже философ, хоть и немного другого толка.
Ольга Кертиева: В школьные годы мне очень нравился ранний Владимир Маяковский и его наиболее лирические произведения – в них было необыкновенно много страсти и огня, поразивших меня до глубины души. Нравятся мне и поэты Серебряного века. Когда я начала читать стихи более осознанно – лет в 15 -16, «Реквием» Ахматовой стал для меня настоящим откровением. Сейчас мне нравятся некоторые современные сетевые авторы, например, Пола Шибеева, с творчеством которой меня познакомила дочка, и Катя Цойлик, которую я читаю уже, наверное, около 15 лет и вижу, как она меняется и развивается.
Ирэна Шкежева: Вообще я больше люблю читать прозу, но и близкие мне поэты тоже есть. Из отечественных авторов мне больше всего импонирует Сергей Есенин. Не могу не упомянуть Али Шогенцукова – он ведь занимает особое место в нашей национальной литературе не только как автор, но и как переводчик классических произведений на кабардинский язык.
Люаза Умарова: Одни из моих любимых поэтов – Николай Гумилёв и Марина Цветаева, особенно ранние её вещи. У Цветаевой уникальный, ни на кого не похожий стиль, и это отражается не только в выразительных средствах, но даже в пунктуации. Нравится мне Байрон – и как личность, и как поэт. Из республиканских авторов близок Мухтар Табаксоев – он пишет на подлинном, народном балкарском языке.
Альберт Дышеков: Я не представляю поэзию без классиков, – таких, как Пушкин и Лермонтов, но также не представляю её без венгерского революционера Шандора Петёфи, или, скажем, без Федерико Гарсиа Лорки. Роберт Бёрнс – это вообще моя слабость, особенно стихотворение «Джон Ячмённое Зерно». Ну и, поскольку я родился в Советском Союзе и живу в России, я, наверное, по духу своему был обречён на то, чтобы Сергей Есенин был для меня главным автором – его лирика очень точно отражала атмосферу, в которой я рос.