Владимир Д. обратился в суд с иском к Виктору Л. о признании своего права на наследство.
Когда его сестра Людмила Д. состояла в браке с Виктором, в сентябре 1992 г. тот купил двухкомнатную квартиру. Через три года брак был расторгнут. Жить в квартире осталась Людмила, которая и оплачивала все коммунальные расходы, делала ремонт, провела индивидуальное отопление, делала взносы в фонд капитального ремонта. В июле 2020 г. Людмила умерла, и брат, являясь её наследником по завещанию, решил через суд признать квартиру совместно нажитым имуществом, чтобы унаследовать её половину.
Виктор Л. объяснил в суде, что квартира была предоставлена ему от предприятия в собственность на безвозмездной основе. По договору приватизации он является её единоличным собственником, бывшая супруга с этим согласилась. После развода в квартире осталась жить Людмила. Раздела совместно нажитого имущества у них не было. Людмила не обращалась в суд с иском о признании договора приватизации недействительным или к бывшему мужу с требованием оформить собственность на половину жилья. Кроме того, в соответствии со статьёй 38 СК РФ к требованиям о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трёхлетний срок исковой давности. Но после расторжения их брака прошло более 20 лет. Также необоснованным Виктор посчитал требование вернуть деньги, потраченные Людмилой на содержание квартиры – бывшая жена не требовала у него возместить стоимость всего сделанного для улучшения жилья.
Суд, оценив представленные доказательства, отметил: поскольку Людмила не оспаривала оформление квартиры на мужа, совместной собственностью супругов её считать нельзя. Заявление Владимира Д., что сестра намеревалась оспорить единоличную собственность бывшего супруга на спорную квартиру, без дальнейшего её обращения в суд правового значения не имеет и не может являться основанием для установления долевой собственности. В суде было установлено, что после расторжения брака по устному соглашению с бывшим мужем Людмила продолжила жить в его квартире.
Денег за проживание он не брал, при этом всё бремя содержания жилого помещения женщина взяла на себя. Нормами гражданского законодательства не предусмотрена возможность включения в состав наследства трат, понесённых наследодателем по содержанию жилья, собственником которого он не является, как и проведённых им ремонтных работ. Таким образом, и эти требования брата к бывшему мужу сестры о взыскании трат на ремонт и содержание квартиры не были удовлетворены.