Условное наказание может стать реальным, если осуждённый нарушает установленные приговором определённые правила поведения. Вместе с тем правила установлены и для контролирующих органов, при игнорировании которых (даже частично) вынесенные решения становятся оспоримыми.
Подобная ситуация возникла у осуждённого к условному наказанию жителя Эльбрусского района, который понёс ответственность за то, что распивал спиртные напитки в общественном месте. Дело было рассмотрено судебной коллегией по уголовным делам Верховного суда КБР, куда обратился условно осуждённый после суда первой инстанции, вынесшего приговор об отмене условного осуждения и исполнении наказания. Из материалов дела следовало, что по условиям наказания мужчина должен был два  раза в месяц являться в уголовную инспекцию для регистрации и не менять место жительства. Между тем старший инспектор уголовной инспекции обратился в суд с представлением об отмене условного осуждения, мотивировав тем, что с момента постановки на учёт осуждённый зарекомендовал себя с отрицательной стороны. Проведённые с ним профилактические беседы результатов не дали, выводов человек не сделал и на замечания должным образом не реагировал. В обоснование иска прилагались копии постановлений по делам об административных правонарушениях, из которых следовало, что три раза в течение трёх недель мужчина нарушал общественный порядок, за что был трижды оштрафован. Ему было объявлено предупреждение о возможности отмены условного осуждения. Тем не менее человек на путь исправления не встал, вплоть до принятия законных мер реагирования противоправность содеянного не осознал. Систематически нарушал условия отбытия наказания, назначенные по приговору Эльбрусского районного суда.
В своей жалобе в апелляционную судебную инстанцию осуждённый  просил отменить постановление суда и принять новое об отказе в удовлетворении представления Чегемского УИИ УФСИН России по КБР. Он указывал, что в нарушение положений инструкции по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества ни после первого, ни после второго и третьего штрафов представители уголовной инспекции не вызывали и не посещали его, никаких бесед с ним не проводили, предупреждения не выносили. Более того, в день первого предупреждения в его адрес одновременно  с ним направили в суд представление об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назначенного по приговору суда к одному году лишения свободы.
В жалобе говорилось, что поводом для отмены условности наказания послужили административные штрафы, которые были наложены в разное время и по которым не было никаких предупреждений. Только по прошествии трёх месяцев появилось первое предупреждение, которое послужило основанием не для того, чтобы (как того требует закон) возложить на него дополнительные обязанности и не для продления испытательного срока, а сразу для отмены условного осуждения.
Возражая против подобного отношения, мужчина отмечал, что судом первой инстанции не была дана оценка всем обстоятельствам и условиям, которые влекут необходимость замены наказания.
Он объяснял, что после единственного предупреждения он больше не привлекался к административной ответственности, нарушений общественного порядка не допускал и, следовательно, факта злостного и систематического неисполнения возложенных на него обязанностей не было. Осуждённый указывал, что, будучи неграмотным, с четырёхклассным образованием, ранее не судимым и не имея никаких проблем с законом, он понятия не имел о последствиях штрафных санкций.
Если бы его сразу предупредили, чем всё это может закончиться, всю тяжесть этого деяния он сразу же осознал бы.
Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на неё, судебная коллегия указывала на нормы закона, ведущие к отмене условного наказания – систематическое неисполнение возложенных судом обязанностей или уклонение от контроля, отметив, что осуждённый этого не делал. Основанием для обращения в суд послужили поступившие в контролирующий орган три постановления о привлечении мужчины к административной ответственности за распитие пива в общественном месте.
Судебная коллегия указывала, что согласно сведениям на входящих штампах все три постановления поступили в уголовно-исполнительную инспекцию одновременно. В день, когда было сделано первое предупреждение, поступило в суд и представление об отмене условного осуждения и исполнения наказания.
Кроме того, говорилось в мотивировочной части решения судебной коллегии Верховного суда КБР, не учтены конкретные обстоятельства, связанные с личностью осуждённого, его семейное положение, влияние принятого решения на условия жизни его семьи. Между тем из ходатайства общественности селения следует, что мужчина ухаживает за тяжело больным отцом, являясь его единственным сыном. Коллегия также отмечала, что с учётом наличия у человека только начального образования его слова о том, что он не понимал содержание подписок о последствиях нарушений, заслуживают доверия.
Вместе с тем, принимая во внимание обоснованность довода представления о привлечении к административной ответственности, судебная коллегия продлила назначенный по приговору испытательный срок ещё на полгода с сохранением прежних обязанностей.
В удовлетворении представления об отмене условного осуждения и исполнения наказания было отказано.