Внутренний монолог

«День взятия Бастилии впустую прошёл!», - с досадой констатировал персонаж одной из последних советских кинокомедий. У меня это едва не произошло с Днём родного языка, который был 21 марта. Поэтому спешу реабилитироваться и высказаться, пускай и несколько вдогонку.
Собственно, делал я это не раз и не два, поскольку и тема, и моё негодование, похоже, неисчерпаемы. Поводы для подобного чувства общество подкидывает регулярно. Однако сегодня я решил сделать по-другому: не поворчать, а напротив - попытаться найти повод если не для оптимизма, то хотя бы для не столь тотального пессимизма. Дело в том, что, перечитав всё понаписанное мною по данному поводу, я начинаю думать, что смотрел на проблему (а она есть, никуда не делась!) несколько однобоко и не учёл некоторых важных вещей. Сразу предупреждаю, что моей личной позиции это нисколько не поколебало, и в том, что касается языка, она по-прежнему заключается в простом: «Тащить и не пущать!». Но объективности ради всё же приведу доводы позиции не противоположной в полном смысле слова, а просто отличающейся от моей. Итак!
Во-первых, всё моё негодование по поводу англицизмов или феминитивов связано не с патологической ненавистью к заокеанской заразе, а с тем, что употребление через слово всяческих «чекать», «рандомный», «скилы», «пруфы» и прочих «кринжей» говорит не о широком кругозоре, а о скудном словарном запасе, который в свою очередь свидетельствует о нелюбви к чтению. А этого греха я простить никому не могу! Каюсь. Грешен. В том же, чтобы знать значение иностранных слов и даже иногда вставлять их в речь или текст, с некоторых пор не вижу ничего страшного. Почему? Да потому, что этим грешит, как правило, чаще всего молодёжь, а молодёжные грешки часто оборачиваются просто поветрием, которое пройдёт вместе с молодостью. Как прошли характерные для брежневских времён те же «мазеры» с «фазерами» (мамы с папами), «вайфа» (жена), «паренты» (родители), «чифы» (водители такси), «флэты» (квартиры), которые к тому же могли быть «однорумовыми» (однокомнатными). По факту, это всё было то же самое, что и сегодняшние «чилить», «флексить» или «рофлить». И где сегодня почти каждый из этих «недовозгласов»? Умер, как шум печальный, как сказал Пушкин. Или прошёл, как с белых яблонь дым, как сказал Есенин. В общем, помер к чёртовой матери на своём сундуке с валютой и камнями (как сказал Булгаков)!
А ведь пропесочивали носителей этих словечек – будь здоров! И в прессе, и в других местах. Как по мне – так правильно делали. Хотя и носителей понять можно. И даже нужно: это проявление качеств, обычно в молодёжи как раз поощряемых, таких как напор, задор, дерзость. «Кто впервые сказал курилка, столовка, Мариинка, зажигалка, проколка? Конечно, не пожилой человек со спокойным темпераментом, с охранительным мироощущением, с бережным вниманием к языку, а человек живой, молодой духом, торопливый, бойкий» (слова советского литературоведа Александра Горнфельда, мы его на филфаке проходили). Кстати, слово «проходили» в значении «изучали» тоже в своё время не всем «заходило» (а слово «заходило» в свою очередь тоже не всеми приветствовалось в значении «приветствовалось»). Да, это всё слова из своего, родного языка. Но осадочек-то!
Авторы и носители сегодня стали бабушками и дедушками и в свою очередь начали «хейтить», как в своё время «хейтили» их. Потому и возникает крамольная (для меня) мысль: если всё время так, то не значит ли это, что всё это совершенно закономерный процесс? Писали же Стругацкие (которых ни один радетель за русскую словесность уж точно ни в чём таком не упрекнёт): «Молодёжь и должна отбрасывать ценности отцов. Странно, если она их почему-то не отбрасывает». Как говорится, не нами сказано.
Ну а во-вторых, лингвисты пишут, что к подростковому возрасту ребёнку хочется уже по-настоящему освоить язык, понять, почувствовать, что он родной, что он им именно владеет, а «для этого ему нужно как-то язык помять, порастягивать, посмотреть, где его границы растяжимости - ведь мы можем это делать только с родным языком» (это по данным Газеты.ру). Что ж, возможно, и так.
В конце концов, тоже не нами сказано: «Ведь русский язык не маленький несмышлёный ребёнок. Он старше, мудрее и опытнее нас всех вместе взятых. Он существовал, когда нас ещё не было в этом мире, и останется, когда мы уйдём. Он гораздо лучше нас знает, что ему нужно, а что не нужно».
Поэтому давайте думать, что всё это лишь попытки, пусть и неумелые, но попытки нащупать некий свой путь. В конце концов, тоже не нами сказано: «Будьте как мы! Будьте лучше нас!».