Внутренний монолог

Последние новости из мира лингвистики заставляют вспомнить старые истины и наводят на горькие мысли: добро должно быть с кулаками, и даже в мире грамматических правил приходится жить по понятиям, предписывающим не тянуть с «ответкой», иначе добьют.
Новости такие: слово «махаю», ранее имевшее помету «разговорное», теперь закреплено в современных словарях как равноправный вариант глагола «машу», сообщила РИА Новости лингвист портала «Грамота.ру» Юлия Кузнецова: «Ещё недавно литературная норма признавала только формы машу - машешь - машет и так далее, а у форм махаю - махаешь - махает были пометы «разговорное». Но язык стремится всё унифицировать, поэтому формы без чередования постепенно закрепились в речи, и образованные люди тоже их используют. Эта тенденция отражена в «Большом словаре ударений» 2025 года издания: «машу» и «махаю» теперь равноправные варианты».
Лично у меня две мысли после прочитанного. Первая - не язык стремится всё «унифицировать», а вы идёте на поводу у безграмотных и не желающих напрягаться. Вторая – сценка из старого КВН (по-моему, это были «Новые армяне»): 
– Махай, Вартан, махай! 
– Не махай, а маши! 
– Вартан, не слушай её, махай!. 
С этим-то что делать? Тоже поставить помету «с сегодняшнего дня считать несмешным»?
А вот ещё пример: «улыбаемся и машем!». Звучит ведь? Это вам не «Улыбаемся и махаем»! Так что тут я согласен терпеть лишь словечко из детства «махаться» (или «помахаться») – в значении «драться» и производное от него существительное «махач».
Мои оппоненты из группировки «Мечиеву опять больше всех надо!», конечно же, скажут: «Язык не есть нечто цельнометаллическое, а потому пускай изменяется, поскольку так всем удобнее, а большинство всё равно говорит именно так!».
Позвольте: но большинство ещё и не так говорит! Что же нам, завтра «ихний» говорить вместо «их»? Или вообще, как мой младший брат - «евошний»? 
Опять вынужден констатировать: не гибче структура стала, а троечники опять победили. А я знаю, почему так. Потому что жить мы стали по понятиям из репертуара персонажей «Слова пацана». Если кто не смотрел: выгляните в окно, там носителей этой убогой идеологии – тринадцать на дюжину, хотя и меньше, чем в прежние времена. 
Те, кто застал девяностые, должен помнить таких персонажей. Внутренний мир подобных экспонатов - весьма примитивная субстанция, как правило, не обременяющая своего носителя излишним интеллектом и словарным запасом (равно как любовью к ближнему), но при этом прекрасно действующая, когда требуется подобрать нужные слова, чтобы оскорбить более слабого, а перед тем - этого слабого безошибочно определить. 
Так вот: по понятиям с «ответкой» таким тянуть нельзя – на голову сядут! Это значит - бей в ответ. Причём сразу.
Нечто подобное, оказывается, происходит и с «великим и могучим». Да и вообще со всей гуманитаркой, похоже.
Проблема, заметим, не новая. Вспоминаю, например, такой эпизод из «Отягощённых злом» Стругацких: 
– Мне нужен человек, который может встретить клиента, помочь ему одеть пальто…
– Надеть, – произнёс серенький человек очень тихо, но стоявший у окна услышал его.
– Что?
– Надо говорить «надеть пальто».
– А я как сказал?
– Вы сказали «одеть».
– А надо?
– А надо - «надеть».
– Не ощущаю разницы, – высокомерно сказал тот, что стоял у окна.
– И тем не менее она существует.
Проблема «одеть-надеть» обсуждается давно, и я честно пытаюсь говорить «надеть пальто». Оппоненты из вышеупомянутой группировки называют меня за это душнилой, за что частенько ловят «ответку». Наиболее часто встречающий аргумент: «Это не математика, поэтому какая разница?». Разница есть, поверьте. Сегодня вы «махать» начнёте, завтра – «ихний» скажете, послезавтра – вообще учить что-либо перестанете. 
В истинности последнего утверждения я убедился после того, как в своё время полгода работал с туристами в Турции, где мои коллеги упорно именовали Таврский хребет, прямо за Антальей подступавший вплотную к трассе, Таврическим. Никто из них внятно не мог объяснить, почему говорит именно так, равно как и не мог понять, почему оригинальное название Тавр (от греческого «торос» - бык) предполагает именно производное Таврский, но никак не Таврический. К тому же Таврический хребет находится совсем в другом месте географической карты (хотя и называется сегодня по-другому). 
«Какая разница, где ударение ставить?», - усугубляли коллеги.
«А для вас разница в словах Таврский и Таврический только в ударении? – парировал я. – Тогда я и правда не по адресу!».
И даже исторический экскурс в историю о князе Потёмкине-Таврическом ситуацию исправить не мог: не пускал интеллект коллег в себя ничего сложнее поста из соцсетей. 
Кончилось дело тем, что на экзамене на должность экскурсионного гида никто из них не смог вспомнить имени Беллерофонт, в результате чего на экскурсиях под Кемером частенько имел бледный вид. Впрочем, их и это не смущало.
Есть, однако, и хорошие новости: РБК провёл целое расследование и привёл мнения лингвистов: «Форма глагола «махаю» сохраняет статус обиходной и не является равноправным вариантом литературной нормы «машу». 
Кто-то из них вообще заявил следующее: «Возможно, есть словари, где две формы даны как равноправные, но это тогда дело вкуса их авторов. Норма если и изменилась, то как раз в сторону понижения статуса формы махаю». 
А старший научный сотрудник ИРЯ РАН, руководитель справочной службы портала «Грамота.ру» и член Орфографической комиссии Светлана Друговейко-Должанская заявила: «Форма «махаю» действительно приведена в вышедшем в 2025 году «Большом словаре ударений русского языка» под редакцией М. Л. Каленчук и Д. М. Савинова. Однако этот справочник акцентирует внимание исключительно на правильной постановке ударения (маха́ю, маха́ет)».
К чему я это всё? Да к тому, что надо было ещё на этапе «одеть-надеть» спуску троечникам не давать! Никаких «звонишь» с ударением на «о» и «кофе» среднего рода! Не тянули бы с «ответкой», глядишь, сегодня бы и «махать» не пришлось, и «махаться» со словом «махать» - тоже.