Орган опеки и попечительства в интересах несовершеннолетней Фариды Д. обратился в суд с заявлением об установлении факта отсутствия родительского попечения. Девочка с ноября 2008 года проживает на территории Российской Федерации в отсутствие родителей и находится под опекой своей тёти Зухры Д. на основании постановления районной администрации.
Сведения об отце ребёнка в свидетельстве о рождении отсутствуют. Мать проживает в Республике Кыргызстан, уклоняется от воспитания дочери и защиты её прав и интересов, не заботится о её здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии и не содержит её.
По мнению органа опеки и попечительства, установление факта отсутствия родительского попечения необходимо для определения социально-правового статуса несовершеннолетней, включения в реестр на получение жилого помещения, а также для возможности получения государственной поддержки. Оставляя заявления без рассмотрения, суд первой инстанции исходил из того, что между субъектами правоотношений возник спор о праве, который подлежит рассмотрению в порядке искового производства. По мнению суда первой инстанции, ссылка заявителя в обоснование требования об установлении факта отсутствия родительского попечения на уклонение матери от выполнения обязанностей родителя является основанием для предъявления иска о лишении родительских прав.
Суд апелляционной инстанции, оставляя данное судебное постановление без изменения, дополнительно указал, что установление статуса ребёнка, оставшегося без попечения родителей, возможно в административном порядке с момента внесения сведений об этом в журнал первичного учёта таких детей, включения в государственный банк данных о детях, оставшихся без попечения родителей. В связи с этим факт отсутствия попечения родителей не может быть установлен в судебном порядке.
Президиум Верховного суда КБР отменил судебные постановления и направил материалы для рассмотрения в суд первой инстанции. При обращении в суд, отмечалось в решении кассационной судебной инстанции, орган опеки и попечительства в качестве правовых последствий установления факта отсутствия родительского попечения указывал на определение социально-правового статуса несовершеннолетней как ребёнка, оставшегося без попечения родителей, с целью получения от органов государственной власти дополнительных гарантий по социальной поддержке.
Президиум ВС КБР указывал, что за защитой своих прав дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, а равно их законные представители, опекуны и попечители, органы опеки и попечительства, а также прокурор вправе обратиться в установленном порядке в соответствующие суды Российской Федерации.
Таким образом, целью определения статуса несовершеннолетнего как ребёнка, оставшегося без попечения родителей, является предоставление ему возможности реализовать в установленном законом порядке дополнительные гарантии по социальной защите.
Президиум Верховного суда КБР отмечал, что в связи с этим вывод суда первой инстанции о том, что установление факта утраты лицом до 18 лет попечения родителей связано с разрешением спора о праве, не основаны на законе.
Президиум Верховного суда КБР не согласился и с выводом суда апелляционной инстанции о невозможности установления в судебном порядке статуса Фариды Д. как ребёнка, оставшегося без попечения родителей. На новом рассмотрении дела требования органа опеки и попечительства о присвоении Фариде статуса ребёнка, оставшегося без попечения родителей, были удовлетворены.