После смерти жены Алексей И. женился во второй раз, и его 18-летний сын Олег был вынужден уйти из дома. Отношения с мачехой не сложились, а с отцом были безнадёжно испорчены. О том, что отец скончался, находясь в доме престарелых, Олег узнал спустя 30 лет после того как ушёл из дома. Всё это время он с отцом не общался, да и родитель судьбой своего единственного сына не интересовался.
От соседей Олег узнал, что со второй женой отец развёлся за три года до смерти. В дом престарелых его поместила тётя Олега – родная сестра отца.
Обратившись к нотариусу с заявлением о вступлении в наследство на оставшуюся после отца двухкомнатную квартиру, Олег узнал, что она завещана его двоюродному брату – сыну сестры отца.
Олег обратился в суд с иском к ответчику о признании недействительным завещания в отношении квартиры и признании за ним права собственности в порядке наследования по закону на это жильё после смерти отца. Свои требования он мотивировал тем, что является единственным наследником первой очереди по закону. Истец считал, что по состоянию здоровья его отец не мог совершать юридически значимые действия. На фоне развивающегося склероза сосудов головного мозга у отца появились устойчивые признаки психического расстройства. Олег также указывал, что сестра отца помимо его воли подписала все необходимые документы и поместила его в дом престарелых. В тот же день Алексея госпитализировали в психиатрическое отделение диспансера, где он скончался через месяц.
Вызванная в суд нотариус пояснила, что разговор с завещателем длился около 40 минут. Он пришел не один, а в сопровождении сестры, разговор с завещателем проходил без её участия, она ждала в коридоре. На вопросы заявитель отвечал чётко, завещал только квартиру. Тогда же пояснил, что оставляет жильё тому человеку, который за ним ухаживает. Сказал, что у него есть сын, но они не общаются. В настоящее время за ним ухаживает родная сестра, он решил оформить завещание на племянника, так как у сестры проблемы со здоровьем. Сделал он это в знак благодарности. Нотариус также рассказала: завещатель признался, что остался один, сын его не навещает. Когда были деньги, он общался с отцом, но как только материальное положение изменилось, сын прекратил общение. Когда Алексей подписывал завещание, руки у него не дрожали, вёл себя адекватно.
Выслушав ответчика и его представителя, исследовав материалы дела, суд не нашёл оснований для удовлетворения исковых требований сына. В иске о признании завещания отца недействительным было отказано.