Для защиты преимущественного права, установленного ст. 179 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», владелец смежного земельного участка вправе обратиться в суд с требованием о переводе на него прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи земельного участка должника. 
Эта норма закона позволила фермеру воспользоваться результатами торгов и увеличить свои владения. Дело рассматривалось в суде, куда фермер обратился с иском после того, как в рамках дела о банкротстве сельскохозяйственной организации конкурсный управляющий выставил на торги два земельных участка и нежилые здания. Торги были признаны состоявшимися, и с участником заключили договор купли-продажи.
В иске фермер требовал перевести на него право покупателя, указывая, что он занимается производством и переработкой сельхозпродукции и владеет на праве аренды земельным участком, непосредственно прилегающим к тому, что был продан на торгах с нарушением закона, поскольку ему должны были в первую очередь предложить покупку спорного имущества.
Решением суда первой и апелляционной инстанций в исковых требованиях было отказано. Президиум Верховного суда КБР отменил эти судебные акты, указав, что для защиты прав владельцев соседних участков, заинтересованных в укрупнении своих владений, закон о банкротстве предоставил им преимущественное право приобретения имущества должника. Кассационная судебная инстанция разъяснила: смысл преимущественного права приобретения заключается в том, что какое-то имущество продаётся третьему лицу (потенциальному покупателю). В этом случае обладатель преимущественного права может им воспользоваться на тех же условиях, что и потенциальный покупатель. Согласно п. 2 ст. 179 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» прежде всего этим правом обладают лица, занимающиеся производством и переработкой сельскохозяйственной продукции и владеющие земельными участками, непосредственно прилегающими к землям должника. Они могут реализовать своё право при продаже имущества в порядке п. 1 ст. 179 закона о несостоятельности, в том числе и при продаже посредством публичного предложения.
Суд отмечал, что для обеспечения реализации данного права арбитражный управляющий, помимо опубликования информации о продаже имущества должника в печатном органе по месту его нахождения с указанием начальной цены, должен был также направить уведомления потенциальным покупателям, имеющим преимущественное право покупки. Если никто в течение месяца этим правом не воспользовался, указывал президиум ВС КБР, имущество реализуется в общем порядке, т.е. передаётся победителю торгов.
Таким образом, подводил итоги суд, владельца смежного участка должны были персонально известить о проводимых торгах. После проведения публичных торгов арбитражный управляющий обязан был предложить смежным землепользователям выкупить имущество должника по цене, сформированной на торгах.
При этом, даже не будучи участниками торгов, смежные землепользователи вправе воспользоваться их результатом для реализации своего права преимущественного приобретения имущества должника. Вопрос о конкуренции смежных землевладельцев разрешается в пользу того, кто первым сообщил арбитражному управляющему о решении совершить покупку, подав соответствующее заявление.
Президиум Верховного суда КБР разъяснял, что правовых норм, регулирующих защиту преимущественного права приобретения имущества должника, законом о банкротстве не установлено. В то же время специальный способ защиты аналогичного преимущественного права покупки того или иного имущества – иск о переводе на себя прав и обязанностей стороны по сделке – установлен законами «Об акционерных обществах», «Об обществах с ограниченной ответственностью». Правовая позиция, подтверждающая возможность применения аналогичного иска, изложена в постановлении президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации. Вопреки выводам судов первой и второй инстанций, фермер выбрал надлежащий способ защиты своих прав. Оспаривание результатов торгов и признание их недействительными не может привести к восстановлению нарушенного преимущественного права приобретения имущества должника. Недействительность торгов, отмечал президиум ВС КБР, повлечёт недействительность установленной на них рыночной цены и недействительность договора купли-продажи, чем фактически будет заблокирована возможность реализации преимущественного права приобретения. В то же время перевод прав и обязанностей покупателя не посягает на действительность торговой процедуры и даёт возможность фермеру, признающему результаты торгов законными, ими воспользоваться.
При новом рассмотрении данного дела исковые требования сельхозпроизводителя были удовлетворены в полном объёме.